Индустрия | Ролевых | Игр | На | Русском | Языке
ИРИНРЯ
1989 | 1990 | 1994 | 1995 | 1997 | 1998 | 1999 | 2000 | 2001 | 2002 | 2003 | 2004 | 2005 | 2006 | 2007 | 2008 | 2009 | 2010 | 2011 | 2012 | 2013 | 2014 | 2015 | 2016 | 2017 | 2018 | 2019
Рассуждение об особенностях игры за Контору, или Приключенцы как госслужащие
18/08/2003
Makkawity
Makkawity


c.cat
c.cat


Winter
Winter


Майк
Майк


Этот текст посвящен весьма важной теме. Многие мастера не удерживаются от искушения поиграть в детектив, роман плаща и кинжала или боевик категории "антитеррор", не всегда понимая особенности приключения этого типа, в которых герои работают не на себя, а на некую Контору (будь то РУВД, ЦРУ или некая спецслужба по паранормальным делам), приключаясь не по собственной воле, а по служебной необходимости [1]. Именно этим и объясняется весь комплекс отличий, благодаря которому этот тип игры имеет свою специфику, которую не всегда понимают как мастера, так и игроки.

Скажу честно — с точки зрения большинства авторов все это выглядит набором банальностей или общим руководством на тему того, как правильно строить детективный модуль, но раз такие вопросы задают, отвечать приходится.

Необходимое отступление о спецслужбах и жанрах

Понятно (не всем, впрочем), что характер Конторы во многом определяется тем жанром, в котором происходит приключение. (Недопонимание этой специфики, к примеру, вызвало в свое время бурную "дискуссию" между ИПЭ "Эры Водолея" и ОРПП РУРК.) Особенности жанра супергероя, в котором сделана, в частности, ЭВ, несмотря на все заявления авторов о том, что их система реалистична, предполагают, что "полиция в растерянности, разведка в отчаянии", мир может спасти только группа суперменов, замаскированная под обычных школьников, а спецслужба по паранормальным делам, если и есть, представляет собой жутко секретную организацию наподобие "людей в черном". Если же жанр, в котором играет автор, более реалистичен и привязан к повседневной жизни, то роль и место спецслужб там, естественно, тоже более значительны, а сама Контора организована не в пример более серьезно.

Собственно, именно к такому жанру, предполагающему достаточно большой уровень реалистичности, и относятся все нижеследующие замечания. Работа обобщает характеристики контор, существующих в типовых (исторически реалистичных) игровых мирах: средневековье, наше время, будущее. Мы не рассматриваем ни "киношный" вариант супергероя, ни игру в жанре антиутопий или пародий на таковые, когда "Большой Брат всегда знает все!" (хотя бы потому, что в данном жанре Контора всегда или почти всегда выступает исключительно в качестве противника персонажей), ни кампанию "на чужой территории", так как диверсант или шпион скорее относится к типу героя-одиночки [2].

Не ставили мы перед собой и задачи дать конкретные данные о различных организациях, существующих в нашей реальности. В открытой продаже доступно огромное количество книг, содержащих подробную справочную информацию по всем сколько-нибудь значимым спецслужбам мира.

Вместо вступления, или о том, Откуда вообще берутся Конторы

Рано или поздно любой мастер, водящий модули соответствующей направленности, сталкивается с необходимостью заняться конструированием собственной Конторы — потому ли, что необходимая информация о реально существующей конторе отсутствует, или потому, что действие происходит совсем даже не в нашем мире, не важно. Важно то, что возникновение и историческое развитие Контор подчиняется определенным закономерностям, а организация под названием Налоговая полиция Вольных Баронств Севера смотрится чрезвычайно глупо.

Обозначить круг вопросов, которые должны быть проработаны при создании Конторы, на первый взгляд, не представляет никаких проблем: [3]

1. Как и для чего возникла эта Контора? В каком направлении она развивалась, и чем это было продиктовано? Какие были трудности в ее работе?
2. Задачи Конторы. Объем и направления работы. Эффективность работы Конторы по различным направлениям. Есть ли периодические изменения в объеме и характере работы конторы (например, сезонные — осенне-весенние обострения у шизофреников в дурдоме, весенние жмурики ака "подснежники" у милиционеров и т. п.)?
3. Структура Конторы. Управляющие и исполнительные органы — способы их создания, преобразования, схема координационных и субординационных отношений. Кто стоит во главе Конторы? Кто стоит в самом ее низу? Как обеспечивается ее работа (взаимоотношения с другими государственными и социальными институтами)? Кадровый состав — способы его формирования, требования, предъявляемые к работникам, наличие особых условий работы. Заработная плата, социальное страхование, льготы.
4. Инфраструктура Конторы (здания, техника и т.п.). Объемы и источники финансирования. Уровень материально-технического обеспечения.
5. Особенности работы Конторы. Наличие нормативно-правовых актов, регламентирующих ее деятельность. Иные особенности (в том числе и в части соблюдения данных нормативно-правовых актов работниками Конторы).

Вроде бы, все просто, но... приходится сталкиваться с непониманием авторами самых прописных истин. Прежде всего, это касается произвольного отнесения на фантазийное псевдосредневековье (а хотя бы и на Темное Будущее) современного менталитета и современных же методов работы государственного аппарата. Так и плодятся во множестве тактические хоругви, аналитические отделы гоблинских Генштабов, эльфийские саперные соединения и Назгулаты государственной безопасности.

Давайте примем за правило: Контора есть специфический инструмент, создаваемый для решения некоей Проблемы. Соответственно, Контора принципиально не может появиться раньше, чем возникает сама Проблема, а также (важно!!!) люди, готовые и имеющие возможность заплатить за ее решение. При этом эта Проблема должна носить постоянный характер, потому что иначе для ее решения может быть достаточно разового поручения уже существующим структурам, а заведение новых стоит больших денег для государства.

Далее, как уже говорилось, Контора есть инструмент именно специфический: чтобы она возникла, в обществе уже должна сложиться традиция решать Проблемы именно таким, бюрократическим способом. Это типично, скажем, для Китая любой эпохи, но совершенно неприемлемо для военно-аристократической средневековой Европы. Тут более характерен другой вариант: Проблемой занимается какой-то конкретный человек, едва ли не в частном (а, зачастую, и в разовом) порядке ("ну, знаете, один знакомый король попросил [4]..."), без всяких бумаг и формального аппарата. И это, заметим, продержалось аж до 19 века. Иными словами, подобные организации появились лишь после того, как ряд Проблем стал появляться регулярно и требовать постоянно существующих структур для своего решения (точнее, контроля).

Кроме того, для работы контор нужна неплохая правовая база, основанная как минимум на действиях от имени верховного правителя/церкви (это если законов нет или очень мало, а в стране царит мракобесие), либо государства (писаные уголовные законы, Кодексы) дающая им соответствующие полномочия. В современном нам виде Контора возможна только в тех странах, где население имеет гарантированные права и свободы — чем демократичнее и технологичнее общество, тем больше конторы похожи на современные нам шаблоны. Ибо в условиях правового беспредела нет нужды ни защищать рядовых граждан, ни сохранять подобие тайны, вмешиваясь в их личную жизнь. Однако большинство мастеров, привыкших к современной модели, с трудом представляет, как это может быть НЕ так — отсюда появление в средневековье значительного количества институтов эпохи "развитого гуманизма", в том числе и Контор.

Наконец, существуют определенные "шаблоны" игровых миров, коротко именуемые, например, "фэнтези", "викторианство", "киберпанк", которые также определяют уровень исторического реализма, секретность, оснащенность и направленность работы конторы, ибо уже содержат в себе историческо-обывательский образ "конторы в массовом сознании": инквизиция, тайная королевская канцелярия, рыцарский орден, и т. п. — для фэнтези, Скотланд-Ярд — для викторианства, муниципальная полиция и отделы безопасности корпораций — для киберпанка.

Теперь немного примеров. Возьмем, к примеру, такую вещь, как погранвойска (не путать с таможней или доблестными рыцарями, охраняющими Окраинные Земли от набегов кочевых гоблинов). Очевидно, что погранвойска в современном понимании могут появиться никак не раньше, чем появится современная идея государственной границы. А она, в свою очередь, поступает только в комплекте с идеей национального государства, понятием суверенитета, дипломатией, регулярной армией и еще много чем, как правило, несовместимым с феодальными принципами!

Может ли что-либо подобное существовать в славном фэнтезийно-феодальном королевстве? Его "граница" тоже вроде бы проходит по краям государственной территории, но эта территория есть просто земли самого короля плюс владения вассальных ему феодалов... А теперь представим себе, что у славного барона Вольфрама фон Бергман-цу-Рабиновича кончился срок вассальной присяги, и он перешел (вместе с владениями, естественно) под власть соседнего короля. Ну и куда бедным пограничникам податься вместе со столбами и верными собачками?

Пример посложнее: криминальная полиция (не путать ни с тайной полицией, ни с городской стражей). Вроде бы, Проблема есть, с преступностью всегда дело обстояло хорошо, но кто будет платить за ее решение? Феодалы? Нет, конечно: у них оружие, у них дружины, которые любых разбойников порубают в капусту (по крайней мере, в теории...), как вариант — они сами и есть те самые разбойники. Крестьяне? Во-первых, нечем (не всякий самурай согласится работать за три мешка картошки), во-вторых, в силу специфики деревенской жизни, им проще откупиться от разбойников, чем воевать с ними. Короче говоря, полиция возникнет никак не раньше, чем в обществе появится значительное количество людей, у которых есть деньги, но нет ни возможности, ни желания защищать эти деньги с оружием в руках. Проще говоря, те, кого мы сейчас называем средним классом. Но в первую голову для этого необходимо единое государство, потому что без него буржуа вполне могут просто нанять того же барона фон Бергман-цу-Рабиновича, чтобы он давил беспредельщиков на данной территории. А с буржуа соседнего города заключить договор, что "когда мы к вам ездим, мы под защитой ваших наемников"...

Государственные институты уголовно-правовой защиты личности могут развиться только в условиях сильной государственной власти, заинтересованной в контроле над развитым обществом и защите интересов собственности (частной, общественной — не важно). Полиция почти никогда не возникает в нынешнем ее виде, как отдельная самостоятельная организация, включающая в себя органы дознания, патрульно-постовую (стража), пожарную, паспортно-визовую, и многие другие службы. Отделение ее от армии происходит достаточно поздно, и та же городская стража выполняет как полицейские функции, так и задачи, связанные с защитой от внешних врагов.

Уголовный суд, заметим, появляется раньше полиции, и намного. Сначала возникает сама традиция привлечения незаинтересованного лица в качестве арбитра, но функции розыска были зачастую децентрализованы (т. е. управлялись не центральной властью, а, например, вице-губернатором этого региона). На этом этапе судебные функции принадлежат самим законодателям. Правда, со временем правители стали обзаводиться специальными помощниками, которые постепенно взяли на себя большую часть судебных функций — оставив в качестве анахронизма право помилования со стороны монарха/президента. До идеи единого общегражданского суда общество должно зреть довольно долго (в средневековой Европе этак с полтыщи и более лет) [5].

Функции сыска при этом поначалу возлагаются на судей, как это было в Китае (причем стража существует как бы отдельно — но привлекается судьями "для усиления"), потом судьи специально для этой цели обзаводятся штатом помощников, и только уже потом возникает профессиональный полицейский аппарат — а ранее его функции выполняла армия и церковь. Кстати, на Ближнем Востоке эти функции часто первоначально возлагались на стражу или на айаров, да и в Японии якудза часто фактически выполняли функции полиции, наводя порядок на своей территории. Первая криминальная полиция (похожая на то, что мы имеем теперь) появилась во Франции (на волне демократии), затем — в Англии.

Коль скоро об этом зашла речь, надо упомянуть также и о понятии "тайная служба". Суть классической тайной службы как внутренней разведки заключается или в контроле над бюрократическим аппаратом с тем, чтобы развитое чиновничество имело некоторую угрозу со стороны, или в поиске и нейтрализации тех, кто планирует заговор против правительства. При этом означенная проблема должна носить постоянный характер, но в рамках существующих структур власти подобные действия нельзя осуществлять явным образом [6].

Именно поэтому в средние века организации, наиболее близкие к современным спецслужбам, появлялись в итальянских торговых городах-республиках. Классическое феодальное государство, скоре всего, не имеет развитых спецслужб хотя бы потому, что в нем нет развитой бюрократии, а сместить правителя при помощи мятежа проще, чем при помощи заговора [7]. Понятно, что у любого правителя может иметься штат информаторов или группа доверенных лиц для решения специфических проблем, но от появления таких лиц до создания специальной части государственного аппарата лежит значительная дистанция. Короткий путь остается самым прямым, и послать к противнику убийцу предпочитают тогда, когда нет возможности просто захватить его земли, послав ему вызов, или убить в честном поединке.

В средние века роль шпионов исполняли послы и купцы. Отделение шпиона от собственно дипломата происходит в новое время, когда формируются определенные правила взаимодействия между государствами, которые формально исключают ведение подрывной деятельности официальными представителями чужой страны.

Конечно, можно придумать фэнтези-мир, который не будет похож ни на один из уже имеющихся в плане работы "конторы": в нем может существовать развитая полиция, военная разведка, отдел гильдии магов по борьбе с нечистью — но в любом случае именно особенности игрового мира (сеттинга) устанавливают наличие, тип и характер работы подобных "контор". Общественное и культурное поле игрового мира иногда может исключать наличие контор (сильные индивидуалистические традиции, религиозные запреты и т. п.).

Принцип отбора

Начнем с того, что в серьезные организации не берут кого попало, и чем серьезнее контора, чем выше ее полномочия и важнее цели, чем больше оплата и чем больше эта работа дает льгот — тем сложнее отбор и тщательнее проверка. Конечно, никакие критерии отбора не дают полного обезличивания, и здесь надо уметь избегать крайностей. Представление, что любого милиционера можно купить за 50 долларов или три бутылки водки так же неверно, как и представление о том, что все сотрудники органов как один обладают холодной головой, горячим сердцем и чистыми руками. Личная жизнь должна иметь место в отыгрыше и описании персонажа. И если в 25-летнего следователя, который еще ни разу не спал с девушкой из-за природной робости и застенчивости поверить еще можно, то в супер-пупер-мега героев а-ля Никита, вся жизнь которых проходит на подземной базе, — нет.

Требования к сотруднику можно условно разделить на три блока, а именно: психологическая готовность, профессиональные навыки и анкетные требования.

Психологическая готовность — критерий наиболее сложный, ибо туда входит как набор моральных качеств (те самые "холодная голова, горячее сердце и чистые руки"), так и способность не падать в обморок при виде жертвы маньяка или "пейзажа после битвы" хотя бы потому, что если для приключенца растерзанное тело есть нечто, увиденное в первый раз, для профессионала это просто очередной случай. Именно поэтому я рекомендовал бы описывать соответствующие моменты особым тоном: холодно и фактами, не столько без "душераздирающих подробностей", сколько без упора на эмоциональную сторону.

С другой стороны, работа на Контору сама может стать источником специфических психологических проблем или того, что называют "профессиональной деформацией" [8]. Как говорил отец одного из ребят, который у меня занимался, "Пойми — я в милиции работаю. Я нормальных людей не вижу," — среди тех, с кем ты общаешься — или коллеги, или весьма специфический контингент. А это формирует определенный взгляд на окружающих, когда любой воспринимается как потенциальный преступник и из нескольких мотиваций поступка бессознательно может отбираться наиболее криминальная. Исключения редки — например, советские участковые (из-за упора на профилактику).

Конечно, мастеру не стоит навязывать игрокам эти стереотипы поведения, если они не хотят этого (достаточно обращать внимание на отыгрыш привыкших ко всему людей), но при создании неписей данный момент учитывать стоит.

Профессиональные навыки, естественно, разнятся в зависимости от направленности сотрудника. Набор навыков можно условно разделить на несколько блоков. Боевой блок — стрельба, рукопашный бой и прочие способы непосредственного поражения противника. Правовой блок — знание формальных процедур производства следствия и ареста, криминалистика и сопутствующие специфические дисциплины, право и т. п. Социальный блок — "способность разговаривать и понимать", в том числе поиск информации, умение общаться с людьми, завоевывая их доверие, и задавать правильные вопросы, наблюдательность. Полевой (название условное) блок, куда входят все виды скрадывания, маскировки и выживания на местности.

Понятно, что на базовом уровне стоит знать все, но основная специализация каждого работника Конторы может быть условно соотнесена с двумя–тремя из этих блоков, являющимися профилирующими для данной направленности. У обыкновенного оперативника это социальный и правовой блоки (без хорошего боевого, впрочем, он далеко не уедет), у следователя — правовой и социальный, у шпиона — социальный и полевой, у диверсанта — полевой и боевой. Между тем, у подавляющего большинства известных авторам персонажей, так или иначе связанных с правоохранительными органами, на знание законов вообще не было кинуто ни одного чарпойнта... Налицо элементарное недомыслие.

Анкетные требования различаются в зависимости от специфики системы и включают в себя далеко не только блок требований, который направлен на обеспечение лояльности: партийность, отсутствие родственников на оккупированной территории и т п. Так, в течение очень долгого времени в ИСАА [9] не брали девушек. Это было продиктовано не блатом, а тем, что женский организм действительно мало приспособлен для определенного типа нагрузок, не говоря уже о том, что и для арабского, и для конфуцианского востока женщина-дипломат или женщина-журналист смотрится неадекватно, а пребывание студентки на стажировке может создать ей дополнительные проблемы. В разведке на некоторые должности набирались только холостые — специально для того, чтобы потом не разбивать семью.

В нашу милицию (я имею ввиду органы дознания и следствия, а не бухгалтерию или отдел информатики при РОВД) берут только после армии. Исключения бывают крайне редко. В США кандидат в спецслужбы должен был в свое время как минимум сдать экзамены в Академию ФБР или училище погранвойск; если дело происходит в СССР — пройти медкомиссию и т. п. Для примера см. Приложение 1, список требований к частному детективу.

Наконец, не следует забывать, что вербовке предшествует длительная проверка — любимый многими вариант, когда человека ловят на улице и с порога предлагают вступить в тайный орден, годится лишь для фильмов категории "Пятого элемента". Не менее маловероятен и вариант со случайным свидетелем, которого вместо того, чтобы "закрыть", берут в команду. Это тоже к "людям в черном". Обычно у спецслужб есть много способов заставить человека молчать, особенно если то, что он нечаянно увидел, не задевает его лично.

Некоторые исключения касаются экспертов — в том случае, если посторонний человек обладает какой-то редкой и ценной квалификацией (нужной для расследования определенного дела) и соответствует "анкетным требованиям", его могут "пригласить", причем довольно неожиданно. Чаще всего участие специалистов такого уровня ограничивается работой над бумагами и строго засекречено, однако могут быть и более активные формы сотрудничества с "конторой" (как правило, работа экспертов оплачивается государством или фондом конторы, если она находится не на центральном бюджетном финансировании). Конечно, теоретически это сотрудничество разовое. Но в наших материально неблагополучных условиях милиции часто приходится прибегать к помощи различных университетов, поскольку на штатного эксперта в определенной специфической области (например, генетика) денег нема, то задания для ученых могут поступать с мрачной периодичностью, которую уже в принципе можно назвать постоянной работой [10].

С точки зрения эксперта как РС все может быть в порядке, если дело идет об одном сюжете, заточенном под необходимость данного специалиста с конкретным знанием, но когда начинается кампания с серией разнотипных модулей, соединенных мета-сюжетом, роль эксперта падает, если его специализация не слишком широка.

Особенности отбора значат иногда (реже, чем принято думать) еще одно. Из серьезной закрытой Конторы не уходят. Это не относится к органам суда и следствия, откуда можно спокойно загреметь за пьянку или по служебному несоответствию, но когда речь идет о штучных специалистах, государство очень внимательно к их судьбе, ибо тот, кто сейчас не работает на него, может начать работать на его противников.

Таким образом, принадлежность к Конторе существенно ограничивает для игроков свободу выбора своей биографии. В группе кадровых чекистов нет места персонажам от создателей "Эры Водолея" (чьи представления о том, как должна быть организована серьезная контора, явно складывались под воздействием жанра аниме), как-то: аутированным мальчикам-компьютерным гениям в бейсболке, беременным таджичкам-пирокинетикам и православным монахам с Божьим благословением, боязнью пауков и дрессированной белкой.

С точки зрения игровой механики проблема "анкеты" может быть решена следующим образом. Мастер устанавливает некие требования (пререквизиты), которым должен соответствовать персонаж, а игрок формирует своего героя так, что необходимые для работы навыки являются не бонусными, а обязательными (это очень хорошо работает в случае, если на создание персонажа выделяется определенное число очков). Впоследствии эти способности могут быть дополнены и развиты, но такая механика создания героя сразу настраивает игрока на то, что от него зависит не все и он несвободен в импровизации: то, что он умеет сверх положенного "согласно штатному расписанию", относится или к хобби, или к дополнительной внутренней специализации.

Желательно, естественно, чтобы данные навыки "работали" в модуле. Если по сюжету модуля от персонажа не потребуется знание стрельбы или трассологии [11] — на наличии этого навыка можно и не настаивать.

Заметим, что это касается не только выбора определенных навыков, но и указаний по составлению игровой биографии. Поскольку на момент приключения человека уже приняли в контору, это означает, что он хотя бы на тот момент соответствовал анкетным требованиям, и кадровики проверяли его достаточно внимательно на предмет "родственников на оккупированной территории" [12].

Кстати, вопрос о том, "что твой герой такого сделал, что оказался в ХХХ?" вообще полезно задавать во всех тех случаях, когда персонаж оказался каким-то образом Избран (да, Мира Тьмы это тоже касается, ибо, по нашему мнению, большинство кланов отбирают и создают новых членов не просто так).

Диверсификация деятельности и вопрос о ресурсах

Основная идея судебной системы "демократического типа" заключается в том, что функции правосудия разделены. Одна структура ловит преступника "на местности", другая устанавливает вину и осуждает его, третья исполняет наказание. Таким путем достигается (во всяком случае, в теории) более высокий уровень беспристрастности.

В детективах оперативно-розыскная деятельность выглядит зачастую как самоцель, но ведь на деле сыщик — это не самодостаточное процессуальное лицо, а лишь незначительная часть системы правосудия. Между тем, игровой штамп состоит в том, что вся работа непременно должна быть выполнена игроками самолично — разоблачить мерзавцев и собственноручно их всех перестрелять. Потому как "и так все ясно".

Впрочем, в большинстве фильмов, на которых воспитываются игроки, мы имеем не типичного работника Конторы, а или героя-одиночку, не связанного с правоохранительными структурами (который по каким-то причинам решил совершить правосудие сам), или представителя правоохранительных структур, который идет против закона и совершает самосуд (классический образ "грязного Гарри" из американского кино).

Интересно, что этот образ появляется там, где существует определенное недоверие к закону. Такой герой мог возникнуть в Соединенных Штатах, где из-за особенностей правовой системы любой преступник имеет определенный шанс быть оправданным, и, следовательно, если функции судьи передать в чужие руки, справедливость может не восторжествовать [13], или в условиях российского правового беспредела начала 90-х годов. А вот в старом советском кино сюжет часто заканчивался тем, что "преступника повезли в милицию", ибо в обществе господствовала уверенность в том, что там во всем разберутся, и справедливость безусловно восторжествует. То же самое можно сказать про фильмы КНР и тем более КНДР.

Но вернемся к диверсификации. Она существует и относительно типа врага (ГРУ не ловит маньяков, ЦРУ не имеет формального права работать внутри США и так далее), и, что интересует нас в первую очередь, на уровне следствия. Об исключениях — ниже.

Основное преимущество Конторы перед частниками заключается именно в том, что она дает своим сотрудникам колоссальный доступ к ресурсам, как аналитическим и информационным, так и чисто техническим. Если приключенцам приходится все делать самим, потому что за них никто ничего не сделает, то Контора представляет собой единый организм, все части которого оказывают друг другу содействие в едином процессе, организм, сильный рутиной и процедурой, а вовсе не гениальными озарениями.

Ресурсов у играющих за Контору по определению больше, чем у обычных РС. Даже при игре за обычных милиционеров во время проведения оперативно-розыскных мероприятий, следствия (сбор доказательств вины, и т. п.) в распоряжении у игроков будет огромный инструментарий — от информационных систем, баз данных (отпечатки пальцев, протекторов шин, картотеки запахов, оттисков печатей, печатных машинок и т. п.) до криминалистов-экспертов, штат которых, вооруженный современной аппаратурой, может выявить куда больше, чем кустарь-одиночка: даже вызов специалиста для снятия отпечатков пальцев уже есть использование внешних ресурсов. К ресурсам относятся и постовой, охраняющий место происшествия, и бензин для служебной машины, хоть его и разворовывает начальство...

Среди ресурсов надо отдельно отметить способность вызова силовой поддержки. "Пехоту не посылают на те миссии, которые выполняются методом ковровой бомбардировки", а вызванный спецназ освобождает героев от необходимости самим обеспечивать задержание группы хорошо вооруженных бандитов. Ибо для служащих Конторы на первом месте стоит не проявление личного героизма, а демонстрация того, что вступившие в противоречие с системой бандиты не имеют никаких шансов [14].

Отдельного упоминания заслуживает и личная агентурная сеть (если деятельность разворачивается на своей территории), о которой ничего не известно наверху. Даже в милиции в бланках отчетности об агенте известна только его кличка (которая в обязательном порядке не должна иметь ничего общего с ФИО, родом деятельности, внешностью и т. д. агента.

Есть, правда, три важных момента. Мощь Конторы велика, но чтобы она была задействована, требуется веская доказательная база, которую надо кропотливо собирать. Одних подозрений или озарений мало. К примеру, по нынешнему законодательству РФ аресты сейчас производит суд. Выглядит это так: ловят какого-нибудь раскольникова с топором и руками по локоть в крови и запирают его в СИЗО. В течение 48 часов следователь должен возбудить дело, собрать доказательства (подтверждающие, что этот студент с топором на самом деле что-то натворил и скорее всего убежит, если его не арестовать), написать ходатайство в суд об избрании меры пресечения в виде ареста, подписать это ходатайство у прокурора и передать его судье, а последний уже решает — сажать гада или нет. Если 48-часовой срок истек — надо отпускать.

Второй момент в том, что скорость получения ресурсов сильно зависит от бюрократизации конторы, а задействованная мощь — от уровня серьезности проблемы. Из пушки не стреляют по воробьям (разве что эти птички каким-то образом умудрились нагадить на голову большого начальника, создав этим проблему, сильно превосходящую их размер). Чем больше бюрократии и менее серьезна проблема, тем дольше интервал между подачей требования дополнительных средств и получением требуемого. К тому же контора не будет выдавать информацию, "не относящуюся к делу" напрямую. Частнику же, при наличии средств, проще получить практически любые ресурсы.

Третий момент — ресурсы зависят и от экономики. В том смысле, что сейчас наша милиция просто нищая и работает в полную силу (все экспертизы и т. п.) только по самым крупным делам (наглые убийства, маньяки). С другой стороны, на Западе с красным магнитным порошком "Рубин" для снятия пальчиков или ультрафиолетовыми лампами для поиска последствий проявления либидо проблем никаких нет. Поэтому не рекомендуется делать в игровом мире бедную контору — это будет уже не так интересно в плане отыгрыша оперативников.

Что это может дать с точки зрения ведения игры?

Игра за контору позволяет сузить тип приключения, играя на принципе внутренней специализации. Можно создать команду из однотипных специалистов так, чтобы аналитики могли заниматься поиском информации и рассуждениями, следователи — сбором и оформлением доказательств, а спецназ — непосредственно боевой работой.

Конечно, в рамках следствия можно допустить создание команды специалистов различного профиля. Типичным примером такой команды были ЗнаТоКи — следователь, опер и эксперт. Однако обычно следователь и оперативник долго вместе не работают. Опер ищет преступников, следователь работает с ними и с доказательствами (свидетели, потерпевшие и т. п.), эксперт "думает по специальности". Такие группы собирают, как правило, на один случай, и только если команда хорошо сработалась, этот состав используют как ударную группу по делам особой сложности. Похожий вариант — в особо хитрых делах (убийство депутата, политический скандал и т. п.) несколько контор могут создавать объединенную группу спецов, работающих в тесном контакте друг с другом причем, каждая вносит свою лепту (ФСБ — слежка, ГРУ — силовые акции и т. д.). Но это тем более означает не кампанию, а одиночный модуль, связанный с расследованием столь чрезвычайного дела.

С другой стороны, Контора отчасти перекладывает на плечи мастера функции анализа, позволяя выдавать героям информацию в более разжеванном виде [15] (профессионализм состоит в умении переработать ее большой объем и выделить три-четыре нужных строчки) или снабжать их средствами методом "бога из машины". Это же можно сказать и про возможность правдоподобно спасать РС в критической ситуации, "вызвав кавалерию".

Контора как военная организация

Другая заметная ошибка — непонимание того, что Контора является не гражданской службой, а полувоенной организацией, основывающейся на иных принципах руководства. Так как большинство молодых мастеров очень слабо представляют себе особенности воинской службы, позволю себе напомнить некоторые характерные различия.

Первое, что бросается в глаза при самом беглом анализе — отличием военной системы от гражданской является ее единоначалие. Замечено, что военные, собравшись в произвольную группу, каким-то недоступным пониманию штатских образом мгновенно определяют, кто здесь главный (погоны сильно помогают, но это не обязательно старший по званию). Более того, однажды определив, они безоговорочно соблюдают субординацию. Т. е. для профессионалов немыслима типичная для многих партий ситуация, когда между несколькими персонажами идет постоянная фаллометрия [16], следствием которой является отсутствие в партии явного лидера и согласованности действий. Да, командиром часто оказывается не самый лучший из наличных кандидатов, но это не так страшно, как вирус "демократии". Потому, как на войне, может быть не так уж важно, что именно ты делаешь, лишь бы это делалось быстро, решительно и слаженно.

С принципом единоначалия связаны еще две максимы: "Приказы не обсуждаются" (точнее, "Приказы выполняются беспрекословно") и "Инициатива наказуема".

Сначала о приказах — как уже было отмечено, обсуждать их можно сколько угодно. Это, разумеется, относится только к текущим задачам и никак не к стратегическому планированию. На утренних совещаниях/летучках все вместе с начальством обсуждают ситуацию, и исходя из этого распределяют, кто что делать будет. В частности, исполнитель вправе потребовать каких-то дополнительных ресурсов (сотрудник Конторы не есть "автомат, к ружью приставленный"). Начальник может это требование отвергнуть (и без веской аргументации, скорее всего, так и сделает), но само по себе оно совершенно законно. То есть приказ обязателен к исполнению, но его обсуждение и изменение допустимо. Другое дело, что каким странным ни казался приказ, он Должен Быть Выполнен. Задача подчиненных — выбрать наиболее оптимальный путь исполнения этого приказа [17].

При этом приказы надо исполнять тупо и точно, как они написаны, нехрен домысливать за командира. Проявление самостоятельности и инициативы, как только что было отмечено, наказуемо (и часто — исполнением). Объяснения из серии "хотел как лучше" перед лицом трибунала "в случае чего" не прокатят. Но с другой стороны, победителей не судят. Если же ты предложил какие-то мероприятия, то тебе же, скорее всего, и поручат их исполнение. Действительно, кто лучше автора с ними справится. А лезть в чужую область компетенции всегда и везде считалось дурным тоном.

Другая характерная черта армии — ее действие "по уставу". Офицеру Конторы позволено делать только то, что предписано Законом (на практике — то, что предписано начальством достаточно высокого ранга). В "мирное время" (прежде всего это касается армии) Контора может достигать таких высот бюрократического маразма, какие гражданским чиновникам и не снились.

Понятно, что в зависимости от типа Конторы соотношение приоритетов общегражданского Закона, должностных инструкций и непосредственных указаний Босса различно, но деятельность спецслужб и их офицеров всегда идет пусть даже с нарушением законов, но на основе оных. Действовать по закону и действовать по приказу — не всегда одно и то же, но в обоих случаях у героев есть некоторые рамки, которые они не имеют права переступать. УК и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях — настольные книги любого работника милиции.

Конечно, в штампах опять-таки сидит иное, включая образ Грязного Гарри, способного нарушить закон в малом ради достижения закона в большом. Не случайно в свое время такой большой общественный резонанс вызывало дело Гдляна, где проблема нарушения закона ради закона была поставлена как нельзя более выпукло, но в советской традиции Жеглову с его "вор должен сидеть в тюрьме" был противопоставлен положительный Шарапов.

Чертой армейского менталитета является развитая корпоративность как комплекс поведения, связанного с понятием чести мундира. Между военными/сотрудниками Конторы больше развита взаимопомощь и взаимовыручка, они достаточно четко отделяют себя от гражданских/не-сотрудников и стараются решать свои проблемы без их помощи, и тем более — не вынося сор из избы. С другой стороны, это проявляется в сокрытии и засекречивании темных сторон армейской жизни и ее проблем.

Корпоративность проявляется во взаимоотношении Конторы и гражданских лиц, практически исключая вероятность партии "смешанного типа". "Жизнь гражданских лиц не должна подвергаться риску". Сотрудник системы, который привлекает к официальному расследованию посторонних лиц в качестве партнеров и тем более берет их с собой на официальные мероприятия — нонсенс. Конечно, в любом расследовании фигурирует достаточно много гражданских: осведомители, провокаторы, эксперты из гражданских организаций (компьютерщики, химики, физики) и т. п. Если это необходимо, осуществляется и вывоз их на место преступления, но такое привлечение "представителей общественности" делается либо на строго законных основаниях, либо же, как минимум, не афишируется. В качестве примера для привлечения представителей общественности можно назвать понятых (неаффилированные свидетели при проведении следственных действий), народных заседателей в суде (имели право совещательного голоса, оставляя функции правосудия за судьей), общественных защитников и общественных обвинителей.

Мотивов два. Во-первых, есть такая вещь, как охраняемая законом тайна следствия. Офицер обязан ее сохранять, а привлечь к делу гражданское лицо почти всегда значит раскрыть ее. Во-вторых, офицер (обладающий чувством долга) не может подвергнуть гражданских лиц совершенно ненужной опасности. А во многих случаях привлечение к делу как раз это и означает. Но увы — мало кто из игроков понимает, что такое офицерская честь...

То же самое касается такой вещи, как типичная для стильного приключения пальба в центре города. В Америке ситуация аналогичная. Законы половины штатов запрещают вести огонь, если рядом находятся более трех гражданских лиц (правда это не относится к ФБРовцам, которые подчиняются только федеральному законодательству). Если персонаж — советский милиционер, то для него сама идея устроить стрельбу в толпе — уже полное и однозначное служебное несоответствие, и неважно, какому риску там подвергался он сам. Детали смотри в Приложении 2.

Для мастера военная организация — и минус, и плюс. С одной стороны, она дает определенное закрепощение действий приключенцев должностными инструкциями, ограничивая свободу выбора и действия игроков, которые не любят силы, давящие на них сверху и загоняющие их в мастерский коридор. С другой стороны, действие по уставу создает определенные этические рамки, в которых приключенцы обязаны действовать — это снижает опасность того, что они "выйдут из колеи". Рамки эти могут быть далеко не паладинскими, но любая этика, пусть и корпоративная, лучше, чем отсутствие этики вообще.

Принцип единоначалия ДМ может использовать для того, чтобы загонять РС в нужную сюжетную колею или в приключения вообще. Если классическая ДДшная заставка категории "сидите вы в таверне, и тут к вам подходит старик" рассчитана на "приключенцев" и теоретически позволяет и не прореагировать на подошедшего, то в варианте "вызывает вас начальство" завязку можно считать делом решенным [18].

А корпоративность создает определенный запас лояльности, как предотвращающий внутренние разборки между приключенцами, так и вызывающий некоторое доверие в отношениях между приключенцами и начальством. Классическая киберпанковская максима, когда задание, на которое направляют игроков, на 90% оказывается подставой, и от квестодателя непременно следует ожидать удара в спину или попытки ликвидировать РС по выполнении задания, для данного жанра, с моей точки зрения, все-таки не характерна. Это нарушение корпоративной солидарности, да и посылать своих сотрудников на заведомую смерть — штука очень рискованная.

Наконец, неопытный ДМ может использовать военную структуру для того, чтобы вести кампанию в квестовой манере: получили задание — выполнили его — получили новое задание, а у более хорошего мастера игра за контору может стать интересной базой сюжета "сериального типа", когда каждая сессия являет собой мини-задание, но, параллельно с этим, существует базовый метасюжет, раскрывающийся по ходу приключения.

При этом рост игроков по мере прохождения заданий может выражаться далеко не только в форме ХР — получение наград, премий, повышение по службе (и как следствие — повышенный доступ к ресурсам: от оружия до экспертов).

Вопрос о секретности и контроле

Бичом многих молодых мастеров является излишняя завеса тайны. Над ними довлеет идея жутко тайно секретной спецслужбы, которая творит что хочет, а каждый ее сотрудник обладает лицензией на убийство в стиле "мандата миледи". "Это был страшно ужасно засекреченный отдел... Их имена были известны лишь господу богу... Старый генсек унес эту тайну в могилу, а нового забыли посвятить в этот госсекрет номер один..."

Между тем, идея абсолютно независимого и страшно засекреченного спецподразделения, которое в гробу видало всех министров, президентов, законы и прочее, но самоотверженно трудится во имя благого дела — бред сивой кобылы. Простой вопрос: а зарплату им тоже господь бог выдавал? Сотрудников любого сверхсекретного отдела знают как минимум в отделе кадров и в финчасти. Ничего не скроешь. Опять же, бюджет утрясать надо, а потом отчитываться в трех экземплярах — действительно ли они там боролись за правое дело, али водку жрали в три горла и связисток трахали? Любое госбюджетное подразделение по рукам и ногам повязано огромным количеством инструкций и параграфов, а каждый шаг требует согласования, утверждения и строжайшей отчетности в десятке кабинетов. И вообще, сам факт существования такой Конторы обязывает больших дядей строжайше бдеть, дабы никто из ее работников не мог использовать ее в своих личных интересах против остальных допущенных к. Заметим, что в советской системе тот же КГБ был более чем подконтролен партийным органам — но не наоборот ("имена секретных агентов знало только их собственное начальство — а также любая машинистка в райкоме!"). Боятся вожди наши собственных органов, и правильно делают. Но игроки о таком не задумываются.

Контроль и инструкции существенно ограничивают волюнтаризм. Многие неопытные игроки и мастера полагают, что красная корочка сотрудника Конторы позволяет обходить закон, особенно когда дело касается пользования стрелковым оружием. Но это не так. Среди многих агентов секретной службы Ее Величества лицензией на убийство обладал только Джеймс Бонд и менее десятка его коллег.

Иными словами, секретность предполагает не столько неподотчетность верхам, сколько незаметность во внешних проявлениях или неприступность для проверок со стороны. А контроль при этом вполне осуществляется. Управление собственной безопасности, инспекция по личному составу, Комиссия ФБР по Этике или служба внутренних расследований очень внимательно следит за злоупотреблениями служебным положением, особенно если речь идет о начинающих сотрудниках, не говоря уже о возможном стукачестве и подставах коллег, желающих попасть на твое теплое место.

Применение табельного оружия или иное несанкционированное использование ресурсов системы, кстати, вызывает особенный интерес. И дважды особенный, если возникает подозрение, что Контору используют в личных целях.

Кроме того, преступление, совершенное слугой Закона, всегда карается жестче. Если законопослушность частника зависит исключительно от его "облико морале", то в конторе должны работать люди, не подверженные искушению, и потому в России, например, за криминал "на рабочем месте" [19] бьют по шапке лет на пять минимум.

Заметим, что реализовывать в игре механизмы контроля системы за игроками достаточно просто — примерно так же, как сама партия является механизмом контроля за просто гражданами. В самом тупом варианте: горе-менты обижают непися, он жалуется прокурору, и партия красиво погружается в море проблем. Причем насколько велики будут эти проблемы, зависит от того, насколько ДМ лишен политкорректности и не будет жалеть облажавшихся РС — ведь если действовать по полной строгости, героев нередко придется списывать, а этого часто не хочется делать из общесюжетных соображений.

Конечно, сотрудники силовых структур имеют возможность поворачивать закон в нужную им сторону. Зачастую одного немного измененного утверждения (например "потребовали денег" вместо "попросили денег" достаточно для переквалификации дела из административного в уголовное, и наоборот). Так как игроки зачастую о таких вещах и не догадываются, это ложится на плечи мастера. Логично дать возможность сдать материал дела нужному судье или подсунуть противнику своего адвоката.

Правильная постановка вопросов секретности и контроля не только помогает мастеру снизить уровень волюнтаризма среди РС, но и дает возможность создания более сложных сюжетов, связанных с тем, что проблему надо не просто решить, но решить по правилам (класс сюжетов, где многое связано не столько с наказанием, сколько с добыванием улик), плюс суметь сохранить тайну и сделать так, чтобы никто ничего не узнал. Это касается далеко не только тех случаев, когда речь идет о сверхъестественном, тайная операция вообще должна быть тайной, а это предполагает целый комплекс мер по заметанию следов. А необходимость уничтожения улик в сочетании с минимизацией вреда для окружающих может сделать приключение не только достаточно сложным самим по себе, но и хорошо иллюстрирующим специфику "невидимого фронта".

Работа как Неприключенство

Повторимся: самое главное отличие приключенца от госслужащего заключается в том, что его работа представляет собой нечто свободное от личных мотивов. Более того, в случае выяснения личной заинтересованности работника (например, следователь и убийство его жены), его стараются отстранить от данного конкретного дела. То же самое касается ситуации [18], когда сотрудник "чувствует, что будет неспособен работать по делу беспристрастно и добросовестно по морально-этическим, религиозным и иным убеждениям".

Сие очень сильно противоречит частому в модулях принципу персональной заинтересованности, который обычно делают основной мотивацией заталкивания игрока в квест. Если мы проанализируем завязки большинства сюжетов, то увидим, что в качестве пускового момента используются в основном личные мотивы: или это мотивация личной выгоды (как "там, в пещере — сокровища!" так и "нет денег, сидим в таверне, и тут к нам подходит..." ), или личная месть, когда проблема задевает кого-то из их героев или их близких/друзей (враги сожгли родную хату, убили учителя и переехали трактором любимую собачку моей девушки), или личные принципы — пресловутые паладинские комплексы, во исполнение которых, увидев творящуюся несправедливость, герои не переходят на другую сторону дороги и не ищут телефон, чтобы позвонить в полицию, а вмешиваются тотчас и немедля.

В сюжетах же, отражающих специфику конторы, спасать приходится не Большую любовь, а совсем незнакомых людей. Это создает сложности, так как большинство играет скорее ради эмоций, а не чувства решения проблемы.

Однако нельзя сказать, что игра за Контору полностью лишена нравственных проблем — они просто лежат "не там, где обычно", и, как правило, связаны не с собственно целью, а со средствами ее достижения (включая вопрос, этично ли действовать в стиле Жеглова). Помимо вопроса о цене победы, важное значение имеет вопрос о ее последствиях — обычный приключенец, как правило, более мобилен и "покидает сюжет" до того, как последствия его подвигов могут стать новой проблемой. Кроме того, в его карьере две одинаковых проблемы обычно не встречаются — в отличие от сотрудников Конторы, которым часто приходится заниматься одним и тем же делом с незначительными вариациями.

Кстати, об отыгрыше начальства

Это еще одна немаловажная деталь игры за Контору. Приключенцам, находящимся на службе, часто приходится общаться как с вышестоящим начальством из числа кабинетных чиновников, так и с теми, кто находится на служебной лестнице ниже их, а порой (с ростом в уровне) и самим занимать Большое кресло. Впрочем, с учетом ресурсов, в любом случае получается, что партия состоит не из функционеров самого низшего звена (рядовым расследование не поручают), а из маленьких начальничков, пусть даже у них нет постоянного штата подчиненных (экспертов, постовых и прочих не считаем).

Здесь как мастера, так и игроков подстерегает целый ряд сложностей. Главная из них состоит в том, что игра в начальника и подчиненных осложняется достаточно большой и важной проблемой, связанной с непониманием бремени власти. Часто человек играет не начальника, а себя в бессмертном стиле "как бы я себя вел, если бы был большим и волосатым, а не маленьким задохликом, как по жизни" [20], и возникает странное впечатление, когда лицо высокого статуса, позиционированное как административный гений, при отыгрыше ведет себя как тинейджер. На грабли этого типа наступали многие хорошие мастера .

Основная мина "игры в начальника" в следующем. Нам приятно думать, что начальник творит, что хочет, и никому отчета не дает. Встал с похмелья — отдал левый приказ, надоело — пошел, нарушил. Такое мнение, конечно, небезосновательно, но грамотные начальники как раз очень не любят нарушать (и отменять) собственные приказы без крайне веской причины. В том числе и во избежание подобных мыслей у своих подчиненных.

Тут же заметим: это начальник обязан доказывать свое право отдавать приказы (обычно это делается предъявлением соответствующих документов, ношением формы и т. п.), подчиненный же, до того как это было сделано, начальнику ничего не обязан, даже предъявлять свои документы.

Вторая мина заключается в излишнем следовании лозунгу "если хочешь сделать хорошо, сделай это сам". Такое завуалированное признание "никудышности своих подчиненных" говорит и о его (начальника) собственной некомпетентности. Это ведь его, начальничий бизнес — знать способности своих подчиненных, отдавать приказы так, чтобы даже самый тупой их понял и контролировать исполнение так, чтобы даже самый последний раздолбай вынужден был бы работать. Ведь подчиненных, особенно в действующей армии, не выбирают, точно так же, как и начальников. Кого тебе дали — с теми и работай. Не умеет — научи, не хочет — заставь, вплоть до высшей из доступных в данной Конторе мер.

Ясно, что правильный начальник — это не всегда человек, который никогда не покидает своего кабинета. Однако основной фан, который получают приключенцы во время игры, заключается в непосредственном действии. Игра в начальника, где основной упор делается на работу головой, аналитику, приобретение союзников и т. п., скорее, демонстрирует уклон от собственно RPG в сторону классической деловой игры "для кризисных менеджеров", а когда при этом у партии по умолчанию есть значительные ресурсы, которыми надо умело манипулировать, игра становится еще более стратегической. В таком режиме происходят некоторые кабинетки или политички, но классическая RPG рассчитана все же не на чиновника, функционирующего только внутри системы, а на того, кто действует вовне.

Эту проблему можно решить, сделав подчиненных "временно игровыми". В этом случае РС играет не только за самого руководителя подразделения, но и за его "команду", которую он расписывает примерно так же, как и набор иных материальных ресурсов. Сказано — найти маньяка! И приключенцы начали его искать, но так как они сами капитаны да майоры, они могут распоряжаться другими неписями-милиционерами довольно активно, отдавая свои собственные приказы, направленные на выполнение приказа вышестоящего (шефа). Тогда, отдав приказ от имени начальника, игрок может не передавать мастеру контроль над дальнейшим развитием событий, а продолжить игру уже от имени непосредственного исполнителя. Этот в целом неплохой метод здесь показан к применению еще больше, чем при взаимоотношениях господина и его слуг.

Третья мина связана с проблемой субординации и командирского авторитета. С одной стороны, начальник должен поддерживать авторитет своего начальника в глазах своих подчиненных, с другой, он не может ронять авторитет своего подчиненного в глазах его подчиненных [21]. Все приказы отдаются командиром от своего лично имени, типичные для гражданского руководства ссылки на "высокое начальство" для придания приказу "весомости" совершенно недопустимы (кроме случаев, когда это необходимо по техническим причинам). Пусть даже приказ исходит лично от Верховного — зольдатикам его дает Ванька-взводный, своим личным авторитетом добивается его выполнения и несет ответственность за последствия.

Точно так же нельзя (хотя иногда приходится) и командовать через голову своих подчиненных, все приказы должны идти строго по инстанции (вассал моего вассала [22]...) Отдав приказ своим дальним подчиненным, ты, во-первых, поставишь своего непосредственного подчиненного в идиотское положение, во-вторых, с данного момента он "теряет нить" и фактически уже ничем руководить не способен.

Интересная подробность на данную тему — в боевом уставе пожарных имеется такой пунктик: "Отдача на пожаре приказаний старшим начальником пожарной охраны, минуя руководителя тушения пожара, является моментом принятия на себя руководства тушением пожара". Это сделано специально для того, чтобы вертящееся "при пожаре" высокое начальство не лезло с "мудрыми указаниями", которые подчиненным будет сложно проигнорировать. Бери на себя руководство (и ответственность) полностью — или молчи.

О создании антуража, реализме и литературной достоверности

Еще одна проблема, возникающая при игре за Контору, связана с достоверным отражением ее "духа".

Отыгрыш персонажа, входящего в какую-либо крупную социальную структуру, автоматически ставит перед участниками игры нелегкую задачу подробного моделирования ее деятельности. При этом чем сложнее структура, тем подробнее и детальнее должно бы быть ее моделирование, — иначе данная игровая общность не будет соответствовать своему реальному образцу.

Это касается любой структуры, но в случае с организациями типа Конторы перед мастером или игроками встает ряд дополнительных проблем, связанных с "реалистичностью". Если в случае моделирования фантастического мира достаточно придерживаться наиболее общих шаблонов сеттинга и восполнять недостающие элементы общественной жизни собственным воображением, эрудицией, общедоступными источниками информации и чувством стиля, то игра за Контору сопряжена с труднопреодолимыми препятствиями в части изучения игроками нормативной базы и множества мелких деталей.

Подобная подготовка к игре довольно тяжела не только для мастера, но и для игроков — ведь им приходится перерабатывать большой объем информации из незнакомых им сфер человеческой деятельности [23]. Попробуйте объяснить художнику, как выглядит и для чего нужна запирающая втулка черезпятиколеннотряхомудского вентиля. Или спросите у математика, что такое "индоссамент", "секвестр" и "конклюдентные действия".

Полный профессионализм получается слишком сложен: никто не будет приобретать дополнительную профессию только для того, чтобы в нее играть. Вдобавок, полное отражение существующей реальности неинтересно — она и так вокруг нас, а те, кто хочет приключаться в реальном мире, там и приключаются. Может, именно по вышеназванной причине мы так мало играем "по современности" в ее реальном виде (т. е. не фантастические сеттинги типа Мира Тьмы, а самое обычное "наше время, наш город").

Речь потому идет о моделировании того, что называется литературной достоверностью, соответствие которой объективной реальности зависит от уровня кинематичности жанра. А для этого вполне достаточно одного простого условия: в кусочке мира, который мастер собирается детально моделировать, он должен разбираться лучше, чем игроки. То есть, если игроки хотят реализма, им можно дать не то, что реализмом является, а то, что они за таковой примут. Главное, чтобы уровень условности, который нужен ДМу, совпадал с уровнем условности, который нужен игрокам. В случае с Конторой отыгрыш ее бюрократической рутины играет роль приправы, и здесь важно правильно провести баланс — иначе игрокам станет неинтересно.

Конечно, полностью пускать ситуацию на самотек не стоит. Так же, как при игре в определенную мифологическую традицию игрокам перед началом приключения стоит разобраться в фольклоре, в случае с Конторой Мастеру следует советовать игрокам повышать "профессиональную" грамотность или просто экзаменовать кандидатов на соответствующие роли. Чтобы "следователи" знали, чем арест отличается от задержания и почему отвергаются незаконно добытые улики, а играющий за опера понимал, что розыскная деятельность не есть следствие, что оперативник выступает по отношению к прокурору как подчиненное лицо, а не наоборот, что вся его работа — для будущего суда, о котором авторы детективов обычно и не вспоминают. К тому же, такой экзамен или предыгровые наставления в форме должностных инструкций могут хорошо настроить игрока, сразу ориентировав его на специфику системы [24].

Вообще-то, список наиболее полезных алгоритмов поведения или приемов, которые рекомендовано знать играющему за сотрудника Конторы — тема отдельного материала, но его писать профессионалу, а не мне. Пока мы ограничимся набором приложений к этой статье, посвященных вещам наиболее важным.

С другой стороны, строить сюжет надо так, чтобы мера необходимых профессиональных знаний была минимальна. Многие процедуры можно считать прошедшими по умолчанию. Считается, что герои выполнили все формальности, если упоминание формальностей не есть часть антуража, важного при передаче духа игры за Контору. И выдавать им стоит только ту специфическую информацию, которая может быть полезна в сюжете, точнее, имеет сюжетное значение, будучи важной не только для протокола или "настроения", но и для хода модуля. Игрокам требуется знать, "что, отказавшись от исковых требований целиком или в какой-либо части, клиент лишается права предъявлять эти требования в дальнейшем", только если на этом завязана интрига сюжета.

Кстати о форме, в которой эту информацию выдавать. Вопрос антуража хорошо проявляется в проблеме вводных, которые по стилистическим соображениям обычно пытаются оформить в виде некоего документа. К примеру, при игре в расследование нормальное уголовное дело мастер сделать не в состоянии, а информацию по нему игрокам, играющим в "милицию", как-то давать надо. Как? Нам вспоминается докУмент из одного сюжета, озаглавленный "отчет по жертвам сатанистов", но внутри содержались обильные цитаты "из личного дневника стажера анатомички".

Нет, "нормальное уголовное дело" мастеру делать не надо, тем более что любое реальное дело на 99% состоит из бумажек, которые туда кинуты просто для имитации работы. Проблема в другом. Типичная ошибка при написании "документа" состоит в том, что за ним (в представлении мастера, когда он пишет) не стоит "личность" конкретного автора. Ну да, налепят сверху гриф в классическом стиле "АбсАлютнА секретно: перед прочтением сжечь" (при полном отсутствии необходимых для контроля за секретностью отметок, типа номера экземпляра), но совершенно невозможно понять, кто, а главное зачем этот "документ" сочинял. Меж тем, реальные документы пишутся конкретными людьми, которые а) владеют определенным объемом информации и б) пытаются помочь адресату в каких-то действиях.

Метод решения я вижу только один. Мастеру без опыта не следует пытаться перейти от замысла непосредственно к тексту "дела". Надо писать, параллельно прокручивая в голове "естественное" развитие событий.

Например, дело об убийстве. Шел себе мужик, гулял собачку, нашел в кустах труп. Сразу возникает куча неписей: сам мужик, милиция и так далее. Пишем от их имени бумажки. Произошло все это не "где-то" и "когда-то", а в конкретное время и в конкретном месте (схема прилагается). В комплекте с трупом поступили такие-то вещи (список прилагается). Потом пытались найти свидетелей, установить личность и т. п. Обращаю внимание, это делали конкретные люди в конкретных местах. Снова пишем бумажки от их имени. И так далее до победного конца. А те же отрывки из дневника можно было заменить показаниями свидетеля или эксперта. Предшествовавшие возникновению трупа действия убийц и жертвы тоже надо прокрутить в голове, чтобы было понятно, какие и где могут быть свидетели, улики и т. п.

Естественно, все эти точные сведения — время, место и т. п. — должны в модуле работать. Т. е. быть связанными с другими обстоятельствами, позволяя игрокам раскручивать клубок преступления отталкиваясь от этих начальных данных (время, место, вещи). Ничего не значащих данных в игре лучше не давать — они будут отвлекать, уводить игроков по ложному следу.

Короче говоря, подобные материалы к модулю нужно готовить заранее, и готовить тщательно и подробно — тогда и ошибок не будет. А уж как выглядит бланк протокола допроса, по большому счету, абсолютно не важно. Наглядные материалы — это, конечно, хорошо, но информацию, как мы уже писали, можно выдавать и косвенно ("в протоколе было написано, что").

Важнее правильно акцентировать информацию при описаниях, помня, что на слух многое воспринимается не так, как при осмотре, и не забывая, что игрокам, скорее всего, будет сложно держать в голове большой объем информации. Они часто могут отвлекаться на совершенно незначительные улики, которые не являются сюжетными проводниками (увидели разбитое стекло и стали его интенсивно исследовать, забыв поискать пятно крови под ковром или даже не дослушав мастера). Т. е. сюжетные улики должны быть явными, ведущий должен акцентировать на них внимание, в то же время не превращая это в прямые подсказки вроде "обязательно зайдите за ту дверь — в комнате повешенный".

К грамотной работе по созданию духа Конторы можно отнести необходимость ведения персонажами отчетности. Регулярной, обязательной и обо всем. Это, конечно, можно отчасти вывести за скобки отыгрыша и ограничиться упоминанием типа "вернулись и составили начальству подробный отчет", но заполнение по окончании миссии бланков с грифом "по заполнении секретно" и написание рапортов очень положительно влияет на понимание ситуации, позволяя как бы собрать все мысли в одну корзину и ничего не упустить. Главное — не переборщить с этой рутиной: отчет можно или дать в качестве задания между сессиями, или свести к конспекту, хотя при модулях в жанре расследования записывать важные вещи рекомендовано и без того.

Что же касается вопроса о применении персонажем неизвестных игроку знаний, то общий вариант этой темы я в своих рассуждениях уже поднимал — даем цитату из "Рассуждения о принципах работы с игроками": Если речь идет о более высоких ментальных характеристиках или профессиональных навыках персонажа, понятных мастеру и непонятных игроку, тактика чуть иная. Мастер должен не делать за РС его работу, а как бы учить игрока действовать в соответствии с персонажем, в чем-то ему подсказывая, но не направляя. Например, в сложной ситуации он может "кидать чек за игроков", и "напоминать" им, что по инструкции положено действовать так-то или что данное действие, скорее всего, может вызвать такие-то последствия ("А вот этого не надо..." — сказал внутренний голос). Решение же игрок принимает САМ.

Можно использовать проверки умений и для того, чтобы сократить рутину: чек на Знание законов может не только напомнить герою, что так действовать значит нарушить инструкцию, но и позволить избежать отыгрыша лишних формальностей.

Впрочем, если механика системы позволяет, то профессионализм РС можно отыграть следующим образом. Чеки всегда лучше делать на спорные ситуации, когда существует вероятность, что при своих навыках герой может не справиться с заданием. Если же в определенной несложной ситуации (например, поиск следов) какой-то навык непременно должен сработать, то необходимо делать бросок не на его успешность, а на качество (так как все равно следы найдутся, но вот какие и сколько — это вопрос). Но это уже действительно скорее вопрос системотехники.

Подводя итог

Наш ответ на вопрос "играбельны или нет модули "за Контору" выглядит так: малоиграбельны, если водить их как сюжеты, играемые обычными приключенцами.

В целом, самодеятельность более играбельна, нежели старая бюрократическая структура, но если Мастер очень хочет Контору, то он должен учитывать следующие основные черты.

  • Более жесткий мастерский контроль как на этапе создания персонажа (отсутствие полной свободы формирования РС вследствие особенностей отбора), так и по ходу модуля, когда особенности Конторы как Организации (присяга, дисциплина и т. п.) помогают удерживать партию в определенных рамках или двигать ее в заданном направлении.
  • Больший доступ к ресурсам, как материальным, так и властным или силовым, что дает Мастеру возможность "помогать" игрокам, подкидывая новую инфо или вызывая помощь. С другой стороны, это часто делает игру более заточенной на стратегию и разрешение проблем, чем на боевое/линейное взаимодействие.
  • Большая ответственность и меньший волюнтаризм, что особенно проявляется в выборе допустимых методов решения проблемы. При этом большинство привычных игрокам "героических способов", рассчитанных на чрезвычайные ситуации, часто остаются за рамками. Это, кстати, формирует не только иной набор методов, но и несколько иной набор целей.
  • Меньшая эмоциональная окрашенность действия, что связано как с личной заинтересованностью, так и с тем, что у профессионалов многое уже приелось и то, что вызывает Ужас у приключенца со стороны, не вызывает у конторских столь же бурных чувств. Конторское приключение как бы рассчитано на меньший объем адреналина (если враг опасен, скорее рекомендовано вызывать кавалерию, чем лезть в огонь самому) и больший процент мозговой работы.
  • Большая предварительная подготовка, связанная с необходимостью "изучения нормативной и материальной базы".

Если грамотно учитывать все эти факторы, за контору водить даже легче, чем обычную партию "свободных художников". Освободившиеся силы можно пустить на более тщательное продумывание собственно алгоритма модуля и разных стилистических деталей.

Для начинающего мастера, которому непросто направлять действия игроков или ход сюжета более сложными способами, Контора является неплохим костылем, но возникает новая проблема, которая заключается в том, что приключение в рамках конторы скорее тяготеет к детективу или иному жанру, где боевое взаимодействие не на первом плане, в то время как для начинающих часто важно именно "пострелять".

Надо учитывать и то, чего вообще мастеру хочется от модуля и какой жанр ему импонирует: если это (политический) детектив, Dark Fantasy, роман плаща и кинжала или полицейский сериал, тогда Контора суть хорошо и правильного. Если импонирует менее стандартное, особенно нечто яркое вроде героической фэнтези, спейс оперы и пр., контора скорее противопоказана. Для промежуточных жанров — в зависимости от предпочтений мастера. Джеймс Бонд, напомним еще раз, — жанр супергероя, хотя Флеминг работал в разведке долго и хорошо представлял себе как это работает ("насмотрелся станков").

Если же Мастер не готов учитывать все вышеперечисленное, но не знает, как можно смягчить бремя "системных фич" Конторы, то ликвидировать проблемные моменты можно несколькими способами. Основных вариантов три.

"Неправильный герой" — некое подобие частного детектива, который занимает место, похожее на место следователя, но значительно менее ограничен в самостоятельности действий. У него нет начальства, и он сам выбирает, каким делом он будет заниматься, а каким — нет. Еще можно играть за отставника, который обладает положенными навыками, но уже лишен доступа к ресурсам и связям. Похожий вариант — работник Конторы, но не при исполнении, а, например, в отпуске.

Наконец, есть вариант, когда либо PC, либо их непосредственное начальство имеет дополнительный интерес в ситуации (вследствие вербовки противником, коррумпированности или скрытой личной мотивации). В таком случае сюжет превращается в некий вариант "слуги двух господ", что бывает интересно.

"Неправильные обстоятельства". Обычно это чрезвычайная ситуация, когда за определенные типы преступлений полагается "расстрел на месте", или общество, в котором функции следователя, судьи и палача оказываются совмещены [25]. Сюда же, собственно, относятся и сюжеты, когда действие происходит в режиме военного времени или вообще в сильно изменившейся ситуации: мир после катастрофы, резкий всплеск криминальной активности или иные обстоятельства, при которых приостанавливается действие некоторых гражданских прав и свобод, и возможно "ускоренное правосудие" типа военно-полевых судов. Здесь играть будет легче: захотел стрелять — стреляй, но помни о том, что если ты был неправ, то потом тебя самого могут отдать под суд или просто расстреляют. Как вариант — отдаленный район, где стандартные ресурсы не работают и команда может рассчитывать только на себя (командировка милиционеров в Чечню).

"Неправильная Контора", в рамках которой просто нельзя осуществлять нормальный комплекс положенных мероприятий, например, вследствие ее полной разрухи (недостаток средств — хорошее объяснение отсутствия ресурсов) или коррумпированности. В этом случае принадлежность к Конторе является формальной и не дает того блока дополнений или ограничений, о которых шла речь в статье.

Противоположная разновидность "неправильной Конторы" есть только что возникшая Контора, весь штат которой, помимо собственно партии, представлен Боссом, секретаршей и комендантом здания. Такая Контора просто не успела обрасти грузом бюрократической традиции, должностные инструкции еще только предстоит писать, а сотрудники все еще полны энтузиазма и желания сделать что-нибудь полезное [26]. Такой подход хорошо сочетается с популярным классом сюжетов, посвященных борьбе с пришельцами, супернатуралами и прочими "враг неизвестен".

Приложение 1. Список требований к частному детективу

Гражданин, претендующий на получение лицензии на работу в качестве частного детектива, обязан лично предоставить в соответствующий орган внутренних дел:
анкету;
фотографии;
медицинскую справку о состоянии здоровья;
документы, подтверждающие его гражданство, наличие юридического образования или прохождение специальной подготовки для работы в качестве частного сыщика, либо стаж работы в оперативных или следственных подразделениях не менее трех лет;
сведения о потребности в специальных средствах, средствах связи и иных технических средствах и намерении их использовать.

Лицензия не выдается:
1) гражданам, не достигшим двадцати одного года;
2) гражданам, состоящим на учете в органах здравоохранения по поводу психического заболевания, алкоголизма или наркомании;
3) гражданам, имеющим судимость за совершение умышленного преступления;
4) гражданам, которым предъявлено обвинение в совершении преступления (до разрешения вопроса об их виновности в установленном законом порядке);
5) гражданам, уволенным с государственной службы, из судебных, прокурорских и иных правоохранительных органов по компрометирующим их основаниям;
6) бывшим работникам правоохранительных органов, осуществлявшим контроль за частной детективной и охранной деятельностью, если со дня их увольнения не прошел год;
7) гражданам, не представившим перечисленные выше документы.

Приложение 2. К вопросу о применении оружия

Граждане Российской Федерации могут применять имеющееся у них на законных основаниях оружие для защиты жизни, здоровья и собственности в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости. Применению оружия должно предшествовать четко выраженное предупреждение об этом лица, против которого применяется оружие, за исключением случаев, когда промедление в применении оружия создает непосредственную опасность для жизни людей или может повлечь за собой иные тяжкие последствия. При этом применение оружия в состоянии необходимой обороны не должно причинить вред третьим лицам.

Запрещается применять огнестрельное оружие в отношении женщин, лиц с явными признаками инвалидности, несовершеннолетних, когда их возраст очевиден или известен, за исключением случаев совершения указанными лицами вооруженного либо группового нападения. О каждом случае применения оружия, повлекшем причинение вреда здоровью человека, владелец оружия обязан незамедлительно, не позднее суток, сообщить в орган внутренних дел по месту применения оружия.

Лицам, владеющим на законном основании оружием, запрещается иметь его при себе (за исключением тех местностей, где ношение холодного оружия является принадлежностью национального костюма) во время участия в собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях, пикетировании или иных массовых акциях.

У милиционеров все гораздо сложнее и в то же время гораздо проще. Вот подборка статей из закона "О милиции":

Статья 15:

При применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия сотрудник милиции обязан:
предупредить о намерении их использовать, предоставив при этом достаточно времени для выполнения требований сотрудника милиции, за исключением тех случаев, когда промедление в применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия создает непосредственную опасность жизни и здоровью граждан и сотрудников милиции, может повлечь иные тяжкие последствия или когда такое предупреждение в создавшейся обстановке является неуместным или невозможным;
стремиться в зависимости от характера и степени опасности правонарушения и лиц, его совершивших, и силы оказываемого противодействия к тому, чтобы любой ущерб, причиняемый при этом, был минимальным;
обеспечить лицам, получившим телесные повреждения, предоставление доврачебной помощи и уведомление в возможно короткий срок их родственников;
уведомить прокурора о всех случаях смерти или ранения.

Применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия с превышением полномочий влечет за собой ответственность, установленную законом.

Сотрудники милиции имеют право применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, для пресечения преступлений и административных правонарушений, задержания лиц, их совершивших, преодоления противодействия законным требованиям, если ненасильственные способы не обеспечивают выполнения возложенных на милицию обязанностей.

Сотрудники милиции имеют право применять специальные средства, имеющиеся на вооружении милиции, в следующих случаях:
1) для отражения нападения на граждан и сотрудников милиции;
2) для пресечения оказываемого сотруднику милиции сопротивления;
3) для задержания лица, застигнутого при совершении преступления против жизни, здоровья или собственности и пытающегося скрыться;
4) для задержания лиц, в отношении которых имеются достаточные основания полагать, что они намерены оказать вооруженное сопротивление;
5) для доставления задерживаемых лиц в милицию, конвоирования и охраны задержанных, а также лиц, подвергнутых административному аресту и заключенных под стражу, когда они своим поведением дают основание полагать, что могут совершить побег либо причинить вред окружающим или себе или оказывают противодействие сотруднику милиции;
6) для освобождения насильственно удерживаемых лиц, захваченных зданий, помещений, сооружений, транспортных средств и земельных участков;
7) для пресечения массовых беспорядков и групповых действий, нарушающих работу транспорта, связи и организаций;
8) для остановки транспортного средства, водитель которого не выполнил требование сотрудника милиции остановиться;
9) для выявления лиц, совершающих или совершивших преступления.

В качестве специальных средств могут применяться:
резиновые палки — в случаях, предусмотренных пунктами 1, 2, 7 части I настоящей статьи;
слезоточивый газ — в случаях, предусмотренных пунктами 1, 2, 4, 6, 7 части I настоящей статьи;
наручники — в случаях, предусмотренных пунктами 2, 3 и 5 части I настоящей статьи. При отсутствии наручников сотрудник милиции вправе использовать подручные средства связывания;
светозвуковые средства отвлекающего воздействия — в случаях, предусмотренных пунктами 1, 4, 6, 7 части I настоящей статьи;
средства разрушения преград — в случаях, предусмотренных пунктами 4 и 6 части I настоящей статьи;
средства принудительной остановки транспорта — в случаях, предусмотренных пунктом 8 части I настоящей статьи;
водометы и бронемашины — в случаях, предусмотренных пунктами 4, 6, 7 части I настоящей статьи, и только по указанию начальника органа внутренних дел, начальника криминальной милиции, начальника милиции общественной безопасности с последующим уведомлением прокурора в течение 24 часов с момента применения;
специальные окрашивающие средства — в случаях, предусмотренных пунктом 9 части I настоящей статьи. На объектах собственности специальные окрашивающиеся средства устанавливаются с согласия собственника или уполномоченного им лица;
служебные собаки — в случаях, предусмотренных пунктами 1, 2, 3, 4, 5, 6, 9 части I настоящей статьи;
электрошоковые устройства — в случаях, предусмотренных пунктами 1, 2, 3 и 4 части первой настоящей статьи.

Запрещается применять специальные средства в отношении женщин с видимыми признаками беременности, лиц с явными признаками инвалидности и малолетних, кроме случаев оказания ими вооруженного сопротивления, совершения группового либо иного нападения, угрожающего жизни и здоровью людей, а также при пресечении незаконных собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций ненасильственного характера, которые не нарушают работу транспорта, связи, организаций.

В состоянии необходимой обороны или крайней необходимости сотрудник милиции при отсутствии специальных средств или огнестрельного оружия вправе использовать любые подручные средства.

Сотрудники милиции имеют право применять огнестрельное оружие лично или в составе подразделения в следующих случаях:
1) для защиты граждан от нападения, опасного для их жизни или здоровья;
2) для отражения нападения на сотрудника милиции, когда его жизнь или здоровье подвергаются опасности, а также для пресечения попытки завладения его оружием;
3) для освобождения заложников;
4) для задержания лица, застигнутого при совершении тяжкого преступления против жизни, здоровья и собственности и пытающегося скрыться, а также лица, оказывающего вооруженное сопротивление;
5) для отражения группового или вооруженного нападения на жилища граждан, помещения государственных органов, организаций и общественных объединений;
6) для пресечения побега из-под стражи: лиц, задержанных по подозрению в совершении преступления; лиц, в отношении которых мерой пресечения избрано заключение под стражу; лиц, осужденных к лишению свободы; а также для пресечения попыток насильственного освобождения этих лиц.

Сотрудники милиции имеют право, кроме того, использовать огнестрельное оружие в следующих случаях:
1) для остановки транспортного средства путем его повреждения, когда водитель создает реальную опасность жизни и здоровью людей и не подчиняется неоднократным законным требованиям сотрудника милиции остановиться;
2) для обезвреживания животного, непосредственно угрожающего жизни и здоровью людей;
3) для производства предупредительного выстрела, подачи сигналов тревоги или для вызова помощи.

Запрещается применять огнестрельное оружие в отношении женщин, лиц с явными признаками инвалидности и несовершеннолетних, когда возраст очевиден или известен сотруднику милиции, кроме случаев оказания ими вооруженного сопротивления, совершения вооруженного или группового нападения, угрожающего жизни людей, а также при значительном скоплении людей, когда от этого могут пострадать посторонние лица.

О каждом случае применения огнестрельного оружия сотрудник милиции в течение 24 часов с момента его применения обязан представить рапорт начальнику органа внутренних дел (органа милиции) по месту своей службы или по месту применения огнестрельного оружия.

Запрещается принимать на вооружение огнестрельное оружие и боеприпасы к нему, которые наносят чрезмерно тяжелые ранения или служат источником неоправданного риска.

Статья 16. Гарантии личной безопасности вооруженного сотрудника милиции

Сотрудник милиции имеет право обнажить огнестрельное оружие и привести его в готовность, если считает, что в создавшейся обстановке могут возникнуть предусмотренные статьей 15 настоящего Закона основания для его применения.

Попытки лица, задерживаемого сотрудником милиции с обнаженным огнестрельным оружием, приблизиться к нему, сократив при этом указанное им расстояние, или прикоснуться к его оружию предоставляют сотруднику милиции право применить огнестрельное оружие в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 15 настоящего Закона.

Сюда же — статья 38 УК, разъясняющая, как следует оценивать действия, направленные против преступника:

1. Не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании для доставления органам власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений, если иными средствами задержать такое лицо не представлялось возможным и при этом не было допущено превышения необходимых для этого мер.

2. Превышением мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, признается их явное несоответствие характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым лицом преступления и обстоятельствам задержания, когда лицу без необходимости причиняется явно чрезмерный, не вызываемый обстановкой вред. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

Поясняю: нельзя тыкать ножом воришку или стрелять в ногу насильнику (если только последние не пытаются напасть на тебя)

Есть еще понятия крайней необходимости и необходимой обороны. Крайняя необходимость — это когда ты действуешь против лиц, не нападающих на тебя или не окружающих непосредственно. Пример: пьяный крановщик собрался опустить плиту тонн в 20 весом на группу школьников (он их типа не заметил). Умысла у крановщика нет, поэтому он не нападающий. В таких случаях нельзя причинять вред, больший или равный тому, что был бы причинен. Т.nbsp;е. в примере выше крановщика можно убить: жизнь десятков детей дороже.

Необходимая оборона — когда ты можешь настучать по шапке гопнику, нападающему на тебя или любых других людей. Здесь равный вред причинять можно (хочет гопник тебя завалить — вали его сам), но больший вред никак нельзя (хочет обокрасть — убивать его ни-ни)!

Это все УК. Он един для всех, в том числе и милиционеров. И поэтому часто встает проблема выбора: стоит ли жизнь преступника того вреда, который он собирается причинить? Для работников милиции это довольно тяжелый моральный аспект, и, в отличие от западных коллег, наши ребята предпочитают не стрелять без крайне веских причин (в США было дело — копы убили ребенка, целящегося в них из игрушечного пистолета).

Приложение 3. Краткий вопросник/указание действий следователя при обнаружении жертвы маньяка

...Труп девушки найден...
Каково приблизительное время смерти? Кем найден, в котором часу? При каких обстоятельствах? Сам собою нашелся? Какова поза трупа и его положение на месте происшествия? Находился ли труп на этом месте постоянно или был принесен (изменялось ли положение тела после смерти)?

Установлена ли личность, и если нет, то какие меры приняты к ее установлению? Где допрошенные свидетели? Установить личность, установить, когда и где она была похищена, где содержалась до смерти. Искать связи среди родственников и знакомых, трясти психиатров. Трясти жильцов на предмет свидетелей, установить, не проживает ли рядом ее родственник, знакомый, любовник и т.nbsp;п.

...в 15 м от шоссе...
С какой стороны шоссе? Людное это место или нет? Была ли она в кусты запрятана, или перед заправкой свалили? Как тело туда попало? Было ли оно привезено на машине и что это за машина? Было ли оно принесено из леса, и, опять же, как оно туда попало?

На теле видны следы побоев, а также резаные раны в области живота и груди...
Где акт о применении СРС (служебно-розыскная собака), где трассология [11]? Есть ли следы волочения из леса (и есть ли там вообще лес?) или от шоссе, если привезли в багажнике? Какие-нибудь следы вообще есть или она с неба свалилась? Есть ли следы чего-то необычного в желудке жертвы? Что дал анализ на микрочастицы?

...следы веревок на запястьях и лодыжках свидетельствуют о том, что жертва была подвергнута пыткам...
Как долго? Применялся ли кляп?

...Обнаружены также серьезные повреждения половых органов... Непосредственно перед смертью жертва имела множественные сексуальные контакты...
Какие повреждения? Порвано все нафиг или что? Множественные — это сколько смычков и в какие дырки? Где генетический анализ спермы и прочего? Где грязь под ногтями?

Также анализируются: внешнее состояние одежды на трупе (все ли налицо, его ли одежда, соответствуют ли дырки на одежде дыркам на теле), тело трупа и повреждения на нем, орудие причинения смерти, обнаруженное на трупе, ложе трупа и предметы, обнаруженные в одежде трупа. Ищутся следы ходьбы или перекатывания (примятая трава или следы ног), следы разрушения (разбитая посуда, смятые кусты), следы крови (в том числе и попытки ее вытереть), следы самообороны; не забудем про установление высоты и угла падения по расположению пятен крови.

Комментарии

1. Вообще говоря, едва ли стоит применять в отношении офицеров серьезных контор это жуткое слово "приключаться". Они не приключаются, они работают. — Маккавити.

2. С другой стороны, к Конторе можно с некоторой натяжкой отнести и иные закрытые структуры с жесткой внутренней дисциплиной и авторитарным стилем руководства — например, "Триаду" или классическую киберпанковскую Корпорацию, построенную на японской системе пожизненного найма, но в этом тексте данные структуры мы анализировать все же не будем. Статья и так разрослась до полутора авторских листов.

3. Список дается по статье Winter'а.

4. В пример можно привести Фаулзовского "Червя" с его мистером Аскью. — Winter.

5. До Средних веков общегражданские суды в Европе были, но в основном лишь в Греции, в городах-государствах типа Афин. Далеко не факт, что они были самыми объективными (например, Сократа приговорили к отравлению по формальному обвинению в развращении молодежи).

6. Нишу тайной службы отчасти занимала церковь, которая активно вмешивалась в дела государства. Она удовлетворяла всем признакам конторы: иерархия, разветвленная структура, свой "кодекс", корпоративность и четко поставленные политические цели. Церковь имела разветвленную "агентурную" сеть, собирала разнообразную информацию (интриги, заговоры, слухи) и активно использовала ее для политического влияния. Кардиналы нашептывали на ухо королям. А чуть раньше у церкви были и силовые подразделения: инквизиция, рыцари (в крестовых походах) и т. п. Инквизиция пристально следила за всеми инакомыслящими, в т. ч. и знатными, и частенько применялась для пополнения оскудевшей государственной казны засчет принудительного раскулачивания зажиточных дворян или организаций, не угодных режиму (стоит вспомнить разгон чересчур сильного и богатого ордена Тамплиеров). — Winter.

7. Республика порождает гражданское общество, так как основной принцип концепции власти в ней заключается в том, что правитель является правителем не по воле бога, Неба или принадлежности к той или иной линии крови, а является лицом, избранным людьми и подотчетным им. Понятно, что круг избирающих может быть широк или узок, но это уже скорее вопрос второго порядка. Тем не менее, власть правителя республики значительно менее сакральна в отличие от власти монарха, который обычно считается божьим помазанником, носителем небесного мандата и т.nbsp;п. — Маккавити.

8. Любая работа наносит свой отпечаток на характер, образ мышления и привычки человека. Но работа в "конторе" влияет особенно сильно (чем специфичнее и грязнее работа, тем больше это влияние). В зависимости от специализации конторы люди становятся агрессивнее, осторожнее, общительнее, замкнутее, циничнее, и т. п. — Winter.

9. Институт стран Азии и Африки, где учился Маккавити.

10. Но, повторюсь, такое бывает редко и во многом связано с российскими реалиями — Winter.

11. Наука о следах преступления.

12. В свое время один из моих молодых игроков трижды переделывал свою игровую биографию, потому что каждый раз я ему объяснял, что человека с такой анкетой на такую работу просто не взяли бы. — Маккавити.

13. Интересный комментарий на эту тему: С. Кара-Мурза дает следующую посылку — в американском кино столь высок процент сюжетов категории "герой против собственной системы", поскольку эти сюжеты соответствуют исходной установке гражданского общества: никакая система не обладает сакральностью, а честным нужно быть индивидуально. — Майк.

14. Более того, курс "Тактика охраны общественного порядка" (сокр. ТООП) при задержании вооруженного преступника указывает на следующий порядок действий:
а) блокировать подходы к месту укрытия;
б) отслеживать его действия и перемещения;
в) эвакуировать граждан из опасной зоны;
г) докладывать об изменениях обстановки дежурному;
д) ждать приезда спецназа.
То есть соваться за преступником самим, кроме исключительных случаев, строжайше запрещено.

15. Давать или не давать игру в поиск информации — вопрос отдельный и не относящийся к теме данной статьи, но в условиях игры за Контору можно не обязывать РС "выковыривать изюм из булочек", а сказать, что "вы получили подробный отчет, в котором обратили внимание на следующее". — Маккавити.

16. Это вполне может иметь место, только не будет афишироваться. Зато вполне может вылиться в разборки "подковерного" характера (но без привлечения на себя внимания начальства и, особенно, публики). — Майк.

17. Отмечу, что законодательством 99% стран мира предусматривается возможность неподчинения заведомо незаконным приказам. Цитирую ст. 42 УК РФ:
"Лицо, совершившее умышленное преступление во исполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения, несет уголовную ответственность на общих основаниях. Неисполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения исключает уголовную ответственность."
Еще одна фишка: если лицо не совершило умышленного преступления во исполнение заведомо незаконного приказа или распоряжения (например, командир приказал стрелять по вооруженной толпе, зная, что автоматы у нее пластмассовые, а солдат этого не знал), то ответственность несет не солдат, а командир, отдавший такой приказ. — Winter.
Правда, эти нормы существуют на данный момент времени. В первой половине ХХ века ни хрена подобного не было. И не факт, что останется через лет 50... — Майк.

18. Конечно, вариант отказа предусмотрен и тут. В МВД (и вроде бы в ФСБ тоже) есть инструкция, предписывающая сотруднику отказаться от дела, если "он чувствует, что будет неспособен работать по делу беспристрастно и добросовестно по морально-этическим, религиозным и иным убеждениям". Ни один начальник не будет настаивать на том, чтобы именно он занялся этим делом, разве только что его (сотрудника) просто некем заменить. Однако такая практика крайне редка, особенно с учетом того, что ДМ, как правило, не предлагает игрокам дела такого плана.

19. Точнее, за наглый и неприкрытый криминал на рабочем месте: взятки — тоже рабочий криминал, но тогда у нас полстраны бы сидело. — Winter.

20. Нельзя не заметить интересное обстоятельство: абсолютно та же проблема имеет место с отыгрышем "северных варваров" и вервольфов. К чему бы это? — c.cat. — Я полагаю, к неумению в области Role- (а не Roll-) playing'а. Хотя верволки — все равно манчкины! %) — Майк.

21. Поэтому, например, офицеру рекомендовано устраивать разнос сержанту не перед строем солдат, а завести его в канцелярию.

22. Современная иерархия отличается от феодальной, так что такое, возможно, и практикуется! Тот же Манштейн или Роммель (говоря об армии) неоднократно лично отдавал приказы взводным, хотя это было, естественно, не "из штаба", а в непосредственной боевой обстановке. — Майк.

23. Если вы хотите реалистично играть, допустим, за следователя прокуратуры или милиции, то вам необходимо хотя бы бегло проглядеть закон "О прокуратуре" или "О милиции" — пригодится. Далее смотрим настольные книги: Кодекс РФ об административных правонарушениях (для милиционеров — в наибольшей степени важно), Уголовно-процессуальный кодекс, Уголовный кодекс, Уголовно-исполнительный кодекс. Это минимум. Дальше — больше. — Winter.

24. Этот вопрос был неплохо решен в компьютерной игре Police Quest (ее можно найти в сети): к игре прилагалось нечто вроде "памятки полицейского", где были подробно расписаны все нужные действия на том уровне деталей, что был в игре. Ну а если игрок отклонялся от них (забыл обыскать алкаша или наручники не с той стороны застегнул) — гейм овер.

25. В мемуарах одного из старых чекистов встречалось упоминание о том, что на заре существования этой организации смертные приговоры приводили в исполнение сами следователи. Делалось это под девизом "Если ты настолько уверен в том, что этот человек недостоин жить, сам его и убей". — Маккавити.

26. Кстати, о чекистах: ВЧК на заре своего существования есть замечательный пример только что возникшей Конторы, причем не будем забывать, что одной из самых первых целей ЧК были расплодившиеся мародеры, занимавшиеся грабежом и убийствами под видом представителей новой власти, "грабящих награбленное" (банда графа Эболи и т. п.).

02/09/2003
Dodo
Dodo


Прежде всего, хотелось бы поблагодарить авторов - с моей точки зрения, это наиболее информативная и глубокая статья за сезон.
С большинством из указанных проблем приходилось сталкиваться на практике, но только прочтя статью, я наконец понял, насколько это безнадёжное дело - играть модули за Контору. Конечно, все указанные в статье ограничения можно обойти, но какой тогда смысл во всей затее.
Перефразируя знаменитую поговорку "Если собака кудахтает, поросла перьями и машет крыльями - это не собака".
Забавно, впрочем, насколько редко в литературе и кино можно встретить
модули за контору, отвечающие приведённым правилам. Если в конце детектива милиционер вместо красивой погони просто объявит преступника во всесоюзный розыск, то зритель уйдёт домой огорчённый. Неужели бывают случаи, когда группа ролевиков отыгрывает модуль за "Контору" каноническим образом?
17/05/2005
SamBuddy
SamBuddy


третья исполняет наказание. Таким путем достигается (во всяком случае, в теории) более высокий уровень беспристрастности.
Имхо лучше так - другая устанавливает вину, третья осуждает (устанавливает степень виновности), четвертая исполняет наказание, пятая осуществляет надзор за вышеперечисленными (кроме суда, суд у нас независим). Дознание, следствие, суд, ГУИН и прокуратура, соответственно.
от информационных систем, баз данных (отпечатки пальцев, протекторов шин, картотеки запахов, оттисков печатей, печатных машинок и т. п.)
На самом деле всеведение подобных баз сильно преувеличено в массовом сознании. Например, картотеки запахов не существует, хотя газетную шумиху вокруг этого собачьего питомника я помню. Вообше кинология отходит в прошлое вслед за кавалерией. Кстати, центральной пулегильзотеки тоже в природе нет (прим Sam_Buddy - а жаль. Надеюсь, что это не навсегда). Реально работают Центральное Адресно-справочное бюро (прописка) Главный Информационный Центр (данные о ранее судимых и сотрудниках спецслужб, в т. ч. бывших, включая отпечатки пальцев) и картотека ГАИ.
Даже в милиции в бланках отчетности об агенте известна только его кличка (которая в обязательном порядке не должна иметь ничего общего с ФИО, родом деятельности, внешностью и т. д. агента.
Мало того, обычно вербуют всякую мелкую мразь на мелком компромате, и сообщения дают от их имени, реальные же источники неизвестны никому, кроме самого сотрудника. Коррупция, понимаете ли. Нужно перестраховываться. Да и просто глупость. Уже ни для кого не секрет, что несколько лет назад один из высоких начальников (и откуда такие берутся) собирался выступить перед агентами, собрав их в одном зале. Со всей Москвы! Эту историю до сих пор вспоминают в МВД, как анекдот.
В течение 48 часов следователь должен возбудить дело, собрать доказательства (подтверждающие, что этот студент с топором на самом деле что-то натворил и скорее всего убежит, если его не арестовать),
91-я статья УПК. 72 часа.
УК и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях — настольные книги любого работника милиции.
Я бы добавил в этот список УПК. И главное - судебные комментарии к этим книгам.
08/02/2006
Irylynn
Irylynn


комментарий, к сожалению, восстановить не удалось. если у вас есть — присылайте!
Восстановлено по Way Back Machine: [1]; базе «старого» Ролемансера, предоставленной FatCat.
© 2018–2019